Карьера, которую Юлия построила к 22 годам
Юля, в аэродизайне вас знают как Юлю Липкотоп. А кто такая Юлия Гречишникова? И действительно ли плоттер появился в вашей жизни совершенно случайно?
С плоттером меня жизнь действительно связала случайно. В аэродизайн я тоже попала не по плану. Но если посмотреть на всю мою жизнь целиком, предпринимательство там, наверное, было всегда.
Лет с шести-семи я говорила родителям, что буду работать в банке и считать деньги. Причём была совершенно уверена: вот такая у меня будет профессия. А лет с пятнадцати-шестнадцати уже точно знала вторую часть своего плана: сначала я построю карьеру, а потом обязательно стану предпринимателем.
Мы много об этом разговаривали с папой. Я постоянно придумывала какие-то бизнес-идеи - иногда вполне нормальные, иногда очень смешные.
Получается, придумывать бизнесы - это моё юношеское хобби, которое так никуда и не делось. [Смеётся.]
Я сама выбрала Московский банковский институт, банковское дело. Программа была удобная: первые годы очно, дальше можно было совмещать обучение с работой. Поэтому работать я начала рано - и, конечно, пошла по специальности в ВТБ.
Вы начинали обычным оператором контакт-центра?
Да. С самого низа. Но у меня была одна особенность: я вообще на всё говорила «да». Помните фильм про Шурика? «Стройка - я. Мясокомбинат - я». Вот примерно такой же была я в ВТБ. Выйти в выходной? Я. Сделать дополнительный отчёт? Я. Кого-то обучить? Я!!! [Смеётся.]
Мне очень нравилось общаться с людьми. Я любила консультировать, продавать, объяснять. Поэтому довольно быстро новичков начали подсаживать ко мне на адаптацию: они смотрели, как я работаю, как разговариваю с клиентами.
Потом появилась возможность стать бизнес-тренером по адаптации новых сотрудников. Естественно, я сказала «да». И вот это ощущение мне очень запомнилось: человек приходит совершенно новым, ты даёшь ему систему, объясняешь, поддерживаешь - и постепенно он начинает работать самостоятельно.
Я тогда ещё не знала, что через много лет именно это станет одной из моих любимых частей «Липкотоп».
А потом вы в 22 года стали руководителем отдела продаж. Как это произошло?
Тоже благодаря очередному моему «да». ВТБ открывал новый контакт-центр в Барнауле. Нужно было набрать и адаптировать огромную команду - около 350 человек.
Я родилась и жила в Москве. Здесь родители, друзья, вся привычная жизнь. И я просто всё бросила и улетела в Барнаул. Это было сумасшедшее время, но в хорошем смысле. Я жила работой. Мне поставили цель - я её выполняла. Мне кажется, я тогда вообще не ела, не пила и не спала. И при этом была безумно счастлива, потому что мне нравился масштаб задачи.
Примерно через полтора года основная команда была сформирована, и мне предложили возглавить отдел продаж. В подчинении было около тридцати человек. Мне было 22 года. Высшее образование я тогда ещё заканчивала - летала из Барнаула в Москву на сессии, договаривалась с преподавателями, совмещала всё это с работой.
Когда получила диплом, меня официально оформили руководителем отдела. Я стала самым молодым руководителем в истории нашего контакт-центра.
И в какой-то момент поняла: первую большую галочку в жизни поставила. Карьеру я построила. Дальше хотела семью.
«Первую большую галочку в жизни я поставила: карьеру построила.»
Но спокойно уйти в декрет у вас, судя по всему, не получилось.
Вообще не получилось. [Смеётся.]
Родился сын, и я довольно быстро поняла, что в найм, скорее всего, уже не вернусь. Начались предпринимательские эксперименты. Я вела группы ВКонтакте для малого бизнеса: банкетные залы, мастеров по ресницам, кулинарные проекты.
Потом заметила, что многие мамы покупают хорошие коляски б/у, но часто без сумок. А сумка, которая крепится именно к коляске, очень нужна. Я сказала мужу: «Будем искать поставщика в Китае». Нашла. Тогда всё это было намного сложнее, чем сейчас. Даже нашла у нас в районе молодого человека, который знал китайский и помогал с коммуникацией.
Так мы начали возить сумки на коляску из Китая. Проект начал развиваться, понадобился сайт. Я заказала его специалисту, но параллельно начала читать, как вообще устроены сайты: что должно быть, что влияет на продвижение, почему здесь не настроено SEO, а здесь чего-то не хватает.
В итоге свой сайт я ночами доделывала самостоятельно с маленьким ребёнком. А потом решила: раз я научилась, почему бы не делать сайты другим?
И всё это между рождением двух детей?
Да. Мы с мужем как раз решили, что хотим второго ребёнка. Я торжественно пообещала: всё, никаких новых проектов. И беременная начала учиться создавать сайты на заказ. [Смеётся.]
Взяла несколько клиентов - строительную компанию, интернет-магазин. Но поняла, что мне не хватает общения. Клиент говорит: «Сделайте как считаете нужным», - и всё. А мне так неинтересно. Мне нужно разговаривать, задавать вопросы, обсуждать, чувствовать человека.
Потом родилась дочь. Муж захотел попробовать свой бизнес, мы купили Porter и начали заниматься частными перевозками. Я сделала ему сайт, Avito, принимала заказы, вела всё в Excel. Когда перевозки стабилизировались и муж уже мог вести их самостоятельно, я сказала: «Теперь я хочу свой большой проект».
Так появился детский клуб.
Детский клуб, пандемия и аэродизайн
И именно детский клуб привёл вас к воздушным шарам?
Да. Мы нашли помещение около 120 квадратных метров в торговом центре. Делали всё очень серьёзно: оборудование, игровая зона, безопасность - я вообще гиперответственный человек.
Клуб довольно быстро стал популярным. Выходные были расписаны: три часа день рождения, уборка, ещё три часа день рождения, опять уборка. Мы сотрудничали с аниматорами и аэродизайнерами. И в какой-то момент я заметила, что оформление каждый раз получается немного разным. Где-то красивые ленты, где-то не очень. Где-то одни размеры шаров, где-то другие.
Я подумала: а почему я сама это не делаю? Купила баллон, начала учиться работать с шарами, добавила оформление праздников. Мне всё это очень нравилось.
А потом пришла пандемия. Публичные детские мероприятия запретили. Клуб стоит пустой, дней рождения нет, аренду платить нужно. Я до последнего говорила мужу: «Ну это на месяц. Сейчас всё закончится». Чтобы вытянуть аренду, он даже продал свой Porter.
Но пандемия за месяц не закончилась. Клуб пришлось закрыть. Мы распродали оборудование, и я совершенно разбитая вернулась домой буквально с баллоном в обнимку и с остатками шаров.
Сейчас я понимаю: пандемия закрыла одну дверь и открыла другую. Но тогда мне вообще не было до такой философии. Мне казалось, что проект, в который вложено столько сил и любви, просто рассыпался у меня на глазах.
«Пандемия закрыла одну дверь и открыла другую.»
И вы начали заниматься аэродизайном уже из дома?
Да. Детские дни рождения никуда не исчезли. Они просто переехали домой. Клиенты знали меня как человека, который организовывал им праздники. Они продолжали звонить: «Юля, нам нужны шарики, нам нужен аниматор».
Так начался мой домашний аэродизайн. И свой первый заказ я прекрасно помню.
Я надула обычный фонтан из шаров, красиво упаковала. Клиентка приезжает, берёт пакет и спрашивает:
- А почему он такой лёгкий?
- В смысле?
-А грузик где?
Я смотрю на неё совершенно искренне:
- Какой грузик?
Потому что в клубе у меня были стационарные тяжёлые грузики. И я вообще не подумала, что если человек забирает фонтан домой, его тоже нужно к чему-то прикрепить.
В итоге сказала: «Ну… к стульчику привяжите».
Вот такой был мой первый заказ в аэродизайне. [Смеётся.]
Несмотря на такой старт, вы очень быстро начали расти.
Я вообще, если начинаю чем-то заниматься, то сразу падаю туда с головой. За несколько месяцев попробовала латекс, фольгу, баблс, букеты, стойки, начала делать фотозоны. Очень помог банковский опыт. Я умею разговаривать с клиентом, понимать, чего он на самом деле хочет, продавать без постоянного демпинга.
Дома всё быстро превратилось в маленькую мастерскую. Балкон был весь в шарах, коробках, лентах. Ночью я делала заказы, а в пять утра муж ездил на доставки. Конфетти было везде. На полу, в мебели, у детей - мне кажется, у них даже в трусах было конфетти. [Смеётся.]
И буквально через месяц-полтора я купила плоттер. Почему так быстро? За надписями приходилось ездить минут сорок. У меня двое маленьких детей. Заказов становится больше - а я трачу почти час только на дорогу за именем. Шрифтов немного, цветов плёнки мало. А мне хотелось, чтобы заказы были разными. Я подумала: всё, покупаю плоттер.
Специализированного обучения именно под мои задачи практически не было, поэтому стала разбираться сама. И вот тут меня затянуло окончательно. Я могла часами сидеть над одним макетом. Искала персонажей, трассировала изображения, подбирала шрифты, собирала метрики. Minecraft, Brawl Stars, Fortnite - практически любой герой был мне по плечу. Причём никто меня об этом не просил.
Человек мог заказать обычное имя, а я уже думала: «А если сюда героя? А здесь звёздочки? А вот сюда другой шрифт?» Мне просто было интересно делать каждый заказ немного особенным.
Но сам аэродизайн в вашей жизни продлился меньше полугода.
У меня оказалась накопительная аллергия на латекс. Сначала были небольшие реакции, и мне очень хотелось думать, что это не связано с шарами. А потом мы с мужем делали нашу первую большую фотозону. Сейчас я на неё смотрю и улыбаюсь, но тогда она казалась нам грандиозным проектом. После неё я проснулась - руки полностью покрыты мелкой красной сыпью. Ночью я их расчёсывала, спала в перчатках, начались серьёзные проблемы с кожей вокруг ногтей.
Стало понятно, что продолжать работу с латексом нельзя. Вот это меня действительно разбило. Я только влюбилась в профессию, набрала хорошую клиентскую базу, мне нравилось всё. Но пришлось распродать шары, материалы, оборудование.
Остался плоттер. И его я тоже выставила на Avito.
Плоттер, который должен был уйти на Avito
То есть весь «Липкотоп» вырос из плоттера, который вы вообще собирались продать?
Да. Знакомые аэродизайнеры начали мне писать:
-Юль, ну пока плоттер у тебя, сделай наклейку. А я отвечала:
-Девочки, это вообще не мой бизнес. Делать наклейки по 150 рублей я точно не собираюсь. Я найду что-нибудь другое.
Но их я тоже понимала. Им тоже неудобно ездить сорок минут за одной надписью. Думаю: ладно, сделаю несколько.
И поскольку просто «сделать несколько» я не умею, у меня очень быстро появилась огромная библиотека шрифтов, большой выбор цветов Oracal. Я расспрашивала: кому заказ? Что любит человек? Какой стиль?
Некоторые клиенты были счастливы от такого количества внимания. Некоторые, наверное, думали: «Юля, господи, просто вырежи уже имя». [Смеётся.] Но сарафанное радио сработало очень быстро. Через две-три недели я уже поняла: а ведь мне это действительно интересно.
И довольно быстро вы перестали ограничиваться аэродизайном.
Да. Я увидела, насколько вообще многогранен плоттер. Машины, витрины, коробки, подарки, самокаты, ёлочные игрушки. Я работала с цветочными магазинами, садами. Подключила принтер и начала делать печать и резку по меткам. Даже фетр резала для изделий.
На праздники были большие оптовые заказы, которые я отправляла в регионы буквально рулонами.
А главное - для мамы двоих детей это оказался почти идеальный формат. Аэродизайн - это постоянные закупки, доставки, выезды. Плоттерщик в основном работает дома.
И я сказала себе: всё. Я теперь плоттерщик.
«Я теперь плоттерщик.»
Как из плоттерщика вырос преподаватель
Как из плоттерщика вырос преподаватель?
Одна моя клиентка попросила обучить её сына-подростка. У семьи было несколько точек, связанных с аэродизайном, и они хотели купить плоттер, чтобы сын помогал делать заказы. Первая мысль была: «А зачем мне кого-то учить? Я же сама могу делать вам наклейки». Потом подумала: семейный бизнес - это круто. Мы созвонились в Zoom, несколько часов позанимались - и человек практически сразу начал самостоятельно выполнять заказы.
И тут у меня что-то щёлкнуло. Я снова почувствовала себя бизнес-тренером из ВТБ. Ты даёшь человеку систему - и он начинает уметь.
Но между первой идеей и полноценным записанным курсом прошло время. Плоттер я купила в 2020 году, а первый большой курс записала только в 2022-м. Для меня обучение - это ответственность. Я не могла включить камеру и сказать: «Вот кнопка, вот ещё одна кнопка - удачи». Мне нужна была структура: теория, практика, логика от простого к сложному.
А 2022 год стал для вас настоящим прорывом?
Меня тогда было вообще не остановить. Я записывала большие курсы, мини-курсы, отдельные программы по шрифтам. Параллельно продолжала делать заказы.
Тогда же родился проект бесплатных макетов для аэродизайнеров. Я ведь физически перестала работать с латексом, но эмоционально из аэродизайна никуда не ушла. Я прекрасно знала, сколько задач у мастера: поговорить с клиентом, понять идею, собрать композицию, надуть, упаковать, доставить. А теперь ещё придумай дизайн наклейки и разберись с плоттером. Мне хотелось облегчить хотя бы эту часть.
Я сама сделала сайт и начала выкладывать туда бесплатные макеты. Сейчас их уже больше двухсот. Потом появилась «Болталка по плоттеру» в Telegram. Человек мог прислать фотографию: «Юля, что за шрифт?» Или: «Почему плоттер так режет?» Группа очень быстро выросла до 3,5 тысяч человек. И вот там моя гиперответственность расцвела окончательно. Я могла ночью проснуться и проверить: вдруг кто-то написал?
Тогда вы впервые начали нанимать людей?
Да. Одной мне стало физически невозможно всё это тянуть. И там я получила несколько довольно болезненных уроков. Одна сотрудница практически полностью скопировала мой проект: создала похожую группу, взяла даже описание и начала рекламировать её в других сообществах. Для меня это был шок.
Мы хорошо общались, я платила зарплату, всегда старалась входить в положение. И вдруг я совершенно случайно вижу эту рекламу. Причём человек не понимал, почему я расстроилась. Ну создала похожий проект и создала. Для меня это был хороший урок: можно очень тепло относиться к людям, но бизнес всё равно требует границ.
Позже у меня были прекрасные сотрудники, с некоторыми мы работали несколько лет. Но я поняла ещё одну вещь: мой темп вообще выдерживает не каждый. Я сама себя иногда называю терминатором.
Мне нужно одновременно курс, сайт, клуб, макеты, ученики, соцсети, дети, семья - и желательно всё закончить вчера. Другой человек вообще-то имеет право захотеть ещё и жить. [Смеётся.]
Из бесплатной «Болталки» потом появился закрытый клуб?
Да. И он очень сильно повлиял на качество моих курсов. Мне важно было оставаться внутри реальной жизни аэродизайнеров. Почему здесь плоттер не режет? Почему съехала надпись? Как сделать такую обводку? Какую плёнку взять? Мы тестировали материалы, разбирали работы, постоянно записывали новые уроки. В закрытом клубе в итоге накопилось около двухсот материалов и разборов.
И поэтому я вообще не понимаю модель: один раз записать курс и продавать его пять лет. Я регулярно перезаписываю программы. Не обязательно потому, что полностью поменялось оборудование. Иногда меняются тренды. Иногда я вижу по ученикам, что какую-то тему можно объяснить проще. Появляются новые задачи.
Последний большой курс — это уже около девяноста уроков только по плоттерной резке для аэродизайнера. Перед нынешней программой я вообще сделала анонимный опрос: чего не хватило, что было лишним, что было непонятно. Мне важно не доказать, что предыдущий курс идеален. Мне важно сделать следующий лучше.
Две Юли: помощь и бизнес
Ваше обучение уже прошли больше двух тысяч человек. Почему, как вам кажется, оно так попало в аудиторию?
Потому что проблема никогда не была в том, что плоттер ужасно сложный. Проблема в том, что аэродизайнеру некогда его изучать. У него и без плоттера миллион задач. И человек работает, каждый раз мысленно скрещивая пальцы: только бы сейчас ничего не съехало. Только бы вырезал. Только бы не выдал ошибку.
А если знать систему, с плоттером можно работать совершенно спокойно. Я сама была аэродизайнером и знаю эти боли изнутри. Поэтому я старалась убрать лишнюю информацию и оставить то, что действительно пригодится в нашей сфере.
Например, сделала рамки по размерам шаров. Не нужно каждый раз ходить с линейкой и гадать, какой размер надписи нужен. Открыл рамку, растянул текст - готово. Добавляла актуальные шрифты, работу с коробками, фотозонами, расчёт себестоимости, выбор плёнки.
И, наверное, в одном месте просто удачно совпало всё: я бизнес-тренер, люблю людей, люблю объяснять и сама прошла путь аэродизайнера.
Вам часто говорят, что ваши курсы должны стоить дороже.
Да. Во мне вообще постоянно дерутся две Юли. Одна говорит: «Давайте всё отдадим бесплатно. Главное, чтобы людям было легче». А вторая сидит рядом и говорит: «Вообще-то это бизнес. Ты записала девяносто уроков. Может быть, мы всё-таки будем ещё и зарабатывать?» И они постоянно пытаются договориться. [Смеётся.]
«Во мне постоянно спорят две Юли.»
Мне важно, чтобы обучение оставалось доступным. Я прекрасно помню человека в начале пути: оборудование, материалы, реклама, клиентов ещё мало - и сверху ему предлагают очень дорогой курс. Поэтому у меня всегда было много бесплатной информации, есть базовые доступные продукты и более глубокие программы.
И мне вообще никогда не хотелось просто продать курс. Мне важно, чтобы человек его прошёл. И если ученица, которая проходила мой курс три года назад, сегодня пишет: «Юля, помогите», я всё равно отвечаю. Буквально в августе 2026 года мне писала девушка, которая училась ещё в 2023-м. Для меня это нормально.
Когда авторский контент крадут
Но с авторским контентом у вас были и совсем неприятные истории?
Конечно. Были случаи, когда люди фактически перезаписывали мои продукты, использовали даже фотографии моих работ. Это очень неприятно.
Причём когда я сама начинала делать обучение, я специально не смотрела чужие курсы по плоттеру. Мне ученики говорили: «Юля, хотите покажем, как там?» А я отвечала: «Нет! Не показывайте мне вообще ничего».
Я даже боялась увидеть у кого-то идею, которая уже есть у меня в голове. Потому что потом выпущу свой продукт - и сама начну сомневаться, придумала это или когда-то увидела. Мне хотелось точно понимать происхождение каждого элемента курса.
Но самая смешная и одновременно грустная история была со сливщиками. Мой первый курс я решила разместить прямо на своём сайте. Я же сайты умею делать. Думаю: зачем мне вообще какие-то платные образовательные платформы? Сейчас сама всё организую. Создала закрытые страницы с паролями. Причём страниц было много, потому что я всё время что-то переписывала: черновики, новые версии, недоделанные уроки.
И однажды узнаю, что мой курс продают на сайте сливщиков рублей за пятьсот. У меня, конечно, сердце остановилось. Я начинаю смотреть описание и вдруг понимаю: подождите… Они украли не ту страницу. Там черновик! Части уроков вообще нет.
И вот у меня смешались две эмоции. Первая: вы вообще-то мой курс украли! А вторая: господи, сейчас человек купит это за 500 рублей, откроет три каких-то черновых урока и подумает: «Какое ужасное обучение у этой Юли Липкотоп».
Мне почти хотелось написать им в поддержку: «Здравствуйте. Вы, конечно, украли курс, но вообще-то не тот». [Смеётся.]
После этого я уже пошла на профессиональную платформу с защитой контента и водяными знаками. Поплакала, пообнималась с мужем - и пошла дальше. Из-за того, что кто-то украл мой курс, прекращать учить я точно не собиралась.
Лицензированная школа и коллекция с Agura
Сегодня «Липкотоп» - уже лицензированная школа. Для вас это было важно?
Да! Мне хотелось, чтобы это была не просто страница в соцсетях, где Юля выкладывает видео. Лицензирование заставляет серьёзно посмотреть на образовательную часть: программа, структура, тестирование, документы. Это был большой путь.
Но предпринимательские идеи у вас всё равно не заканчиваются. Как появилась коллекция шаров с Agura?
То самое подростковое хобби никуда не делось. За годы «Липкотоп» мы с мужем прорабатывали десятки идей. Плёнки, нарезанные специально под плоттер. Инструменты. Термотрансфер. Поставки оборудования. А что, если вообще создать какой-то свой плоттер? Когда определённые модели Silhouette стало сложно купить в России, мы связывались с официальными представителями в разных странах, искали варианты. Даже привозили официальную партию плоттеров из Китая.
Большая часть наших идей так и остаётся внутри разговоров, таблиц и планов. С коллекцией шаров сначала было так же. Я подумала: ну ещё одна идея. Но уже на следующий день поняла, что опять не могу нормально есть и спать и думаю только о своей коллекции. Тут я уже знаю симптоматику. [Смеётся.]
Если мне ничего больше не интересно - всё, значит надо делать.
Почему именно выписка из роддома?
Это очень близкая мне тема как маме. И одновременно я видела по общению с аэродизайнерами и по статистике бесплатных макетов, насколько востребована выписка. Мне хотелось сделать шар, который изначально оставляет пространство для человека. Не законченный дизайн, где уже всё напечатано, а место для имени малыша, даты, роста, веса, тёплых слов. Чтобы через много лет ребёнок мог посмотреть фотографию своей выписки и увидеть: вот что написали мне родители в этот день.
Я думала и о современных папах. Мне очень нравится, что мужчины сегодня гораздо активнее участвуют в беременности, родах, жизни ребёнка. И для них выписка - тоже эмоциональный момент. Им тоже хочется сказать что-то своё.
При этом я думала и о бюджете молодой семьи. Не все могут заказать огромную дорогую композицию. Но даже один красивый шар с персонализацией и небольшим фонтаном может быть очень душевным.
И думала об аэродизайнере. Выписка часто срочная: сегодня ещё неизвестно, выпишут маму или нет, а через несколько часов уже надо делать заказ. Фольгированный шар с клапаном можно подготовить намного быстрее, чем сложный стеклянный шар. Вот настолько глубоко я уходила в детали.
Судя по истории производства, особенно глубоко вы ушли в оттенок жёлтого.
Бедная компания Agura. [Смеётся.]
Мы запускали производство, смотрели цвет, а я говорила про Звездочки на наших шарах:
-Нет. Слишком жёлтый. Меняли.
-Всё равно жёлтый.
Ещё раз.
В какой-то момент мне уже объяснили, сколько стоит краска и что технически каждый раз всё приходится настраивать. Но и для меня, и для команды было важно получить не просто жёлтый, а именно мягкий, приглушённый оттенок, который подходит современной стилистике аэродизайна. То же самое было с кремовым цветом, мы долго с ним бились. А шар в форме ножки - вообще отдельная история.
Мы обсуждали даже пальчики. Потому что у стопы они не идут идеально по прямой, есть естественный изгиб. И нужно было придумать, как это реализовать технически, чтобы шар при этом нормально спаивался и держал воздух. Прототипов было много.
И именно поэтому момент, когда я приехала вместе с мужем на фабрику и увидела готовые шары, был для меня очень сильным. Когда-то эта коллекция просто существовала у меня в голове. А теперь я могу взять её в руки.
Наверное, это и есть одна из причин, почему я так люблю предпринимательство. Горжусь нашей с Агурой коллекцией.
«Когда-то эта коллекция просто существовала у меня в голове. А теперь я могу взять её в руки.»
Команда за кадром
Вы часто упоминаете мужа. Получается, «Липкотоп» всё-таки никогда не был проектом одного человека?
Формально сейчас у меня нет постоянной команды сотрудников. Но если честно посмотреть на мою жизнь - конечно, я не одна. Мой муж Роман всегда оставался за кадром.
Но мы вместе в пять утра развозили мои первые заказы. Вместе делали фотозоны. Он помогал с детьми, когда я записывала курсы. Мы вместе обсуждали бизнес-идеи, поставки плоттеров, ездили на производство Agura.
Сегодня он уже прекрасно знает, что такое Oracal, какие бывают плоттеры, кто из блогеров чем занимается. [Смеётся.]
И главное - я знаю, что если у меня запись курса и я на несколько дней практически выпала из бытовой реальности, дома всё будет нормально. Для меня это очень большая опора. Поэтому если глобально посмотреть на мою команду сегодня, она довольно необычная: я, мой муж и наверно еще искусственный интеллект.
ChatGPT действительно стал частью вашей работы?
Я несколько лет пользуюсь платной версией. Тексты, структуры, идеи, изображения, образовательные программы - огромное количество вещей обсуждаю там. И в плоттерной резке искусственный интеллект тоже становится полезным. Раньше авторский леттеринг нужно было заказывать у специалиста, и один макет мог стоить довольно дорого. Сейчас можно создать уникальную надпись в определённом стиле и подготовить её для трассировки.
Бывает, я вообще не рядом с компьютером, а ученица пишет: «Юля, мне нужно вот такое слово в таком стиле». И я прямо с телефона могу помочь ей с вариантом. Но волшебной кнопки пока нет. Например, точно определить название шрифта по фотографии ChatGPT у меня ещё ни разу нормально не смог. Мы даже устраивали с коллегой настоящий баттл - проиграл. [Смеётся.]
Поэтому ИИ для меня - прекрасный помощник. Но не замена человеку, который знает профессию изнутри.
Плоттер и аэродизайн идут рука об руку
Насколько вообще изменилась роль плоттера в аэродизайне за эти шесть лет?
Я считаю, что сильно. Когда я начинала, плоттер был далеко не у каждого аэродизайнера. Часто его покупали уже спустя несколько лет работы. Сейчас всё чаще новичок начинает работать и уже в первые месяцы понимает: мне нужен плоттер.
Изменился и клиент. Раньше персональная надпись была дополнительным эффектом «вау». Сейчас клиент сам пишет: «А надпись будет?» Иногда ещё и пример шрифта присылает. [Смеётся.]
И мне кажется, это прекрасно.
Возьмите обычное фольгированное сердце. Без персонализации это просто сердце. А с надписью оно может стать подарком на свадьбу, годовщину, день рождения, предложение руки и сердца, извинение. Один и тот же шар превращается в совершенно разные истории. Поэтому я всегда говорю: плоттер и аэродизайн сейчас идут крепко за руку.
Как Юлия учится отдыхать
Вы сами много лет жили работой буквально круглосуточно. Когда поняли, что это уже становится проблемой?
К концу 2025 года. До этого я работала в режиме 7/0. В моём понимании практически не существовало уважительной причины не ответить ученику. Я могла лежать с ребёнком в больнице - и всё равно консультировать.
Мы уезжали семьёй за границу - я вечером искала Wi-Fi и разбирала сообщения. В 2025 году у меня был свой офис, где я записывала курсы и мастер классы. И однажды я так заработалась, что меня просто закрыли ночью в бизнес-центре. Я хожу по коридорам, стучу во все двери. В итоге меня нашёл охранник и выпустил. Если нужно одной историей описать мой тогдашний режим работы - вот она. [Смеётся.]
При этом у меня двое детей, школа, родительские комитеты, дополнительные занятия, большая семья, куча животных. А в 2025 году мы ещё наконец купили дачу, о которой мечтали около десяти лет. И я всё это пыталась делать одновременно и желательно идеально.
Что случилось в конце 2025 года?
Произошло несколько личных событий, которые очень сильно меня встряхнули. И впервые за много лет я официально объявила: у меня есть режим работы. Понедельник - пятница, с девяти до шести.
Для обычного человека это, наверное, звучит очень смешно: поздравляем, Юлия обнаружила существование выходных. [Смеётся.]
Но для меня это было серьёзным решением.
Конечно, если ученик напишет мне в субботу: «Юля, срочно помогите», я до сих пор могу всё бросить и ответить. Меня полностью не переделаешь. Но изменился сам принцип. Я поняла, что если продолжу бесконечно пытаться быть идеальной в работе, идеальной мамой, идеальной женой, всё успевать и нигде не выпадать, то однажды просто уеду в психушку в белой рубашке. Невозможно быть идеальной вообще везде.
Получается, 2026 год стал для вас не про замедление бизнеса, а про баланс?
Именно. Я не стала меньше любить свою работу. Мне всё так же нравится консультировать по плоттерам, придумывать программы, записывать курсы, выступать, ездить на мероприятия, сотрудничать. Но я впервые научилась выбирать проекты. Раньше я практически автоматически говорила «да».
Сейчас спрашиваю себя: меня это действительно зажигает? У меня есть на это ресурс? Я хочу отдать этому кусок своей жизни?
В 2026 году я практически отказалась от постоянного изготовления наклеек на заказ. Конечно, иногда выручаю знакомых и коллег — это во мне осталось. Но вечера стараюсь оставлять семье. Выходные - семье. Праздники - семье.
Этим летом мы сами строили беседку на даче, вместе с детьми красили её, ходим на рыбалку, катаемся на велосипедах. И мне нравится мысль, что в 2026 году иногда выигрывает мама, а не Юля Липкотоп.
Мне понадобилось очень много лет, чтобы понять простую вещь: чтобы Юля Липкотоп могла приходить к людям заряженной и давать им энергию, Юлии Гречишниковой тоже нужно где-то эту энергию брать. Оказывается, можно иногда просто отдохнуть. Для меня это, наверное, одно из самых сложных обучений в жизни. [Смеётся.]
«Чтобы Юля Липкотоп могла приходить к людям заряженной и давать им энергию, Юлии Гречишниковой тоже нужно где-то эту энергию брать.»
Что дальше
И последний вопрос. Где вы видите себя и «Липкотоп» через пять лет?
Здесь всегда есть два ответа. Есть Юлия Липкотоп, которая шесть лет живёт в плоттерной резке и аэродизайне. И есть Юлия Гречишникова, у которой предприниматель уже лет двадцать сидит в голове и постоянно придумывает какие-то новые идеи. Поэтому планы на пять лет я строю очень осторожно.
Если бы в самом начале этого пути мне сказали, что моё обучение будут проходить аэродизайнеры в разных странах, что учеников станет больше двух тысяч, появится лицензированная школа, собственная коллекция воздушных шаров, выступления, мероприятия и столько людей, которые подходят ко мне и говорят: «Юля, я у вас училась», - я бы очень обрадовалась. Но вряд ли поверила бы.
Мне нравится фраза: «Хочешь рассмешить Бога - расскажи ему о своих планах». Одно я знаю точно: уходить из аэродизайна я не хочу. Мне здесь хорошо. Я люблю эту сферу и людей, которые в ней работают. Хочу продолжать делать работу с плоттером проще, придумывать новые продукты, находить решения, создавать обучение.
А предприниматель во мне, подозреваю, вообще никогда не успокоится. Так что даже в глубокой старости я наверняка что-нибудь придумаю. Соберу вокруг себя бабулек со всего мира, открою какую-нибудь группу и начну всех чему-нибудь учить. [Смеётся.]
Потому что если мне становится по-настоящему интересно - всё. Я снова начинаю этим жить.
Фотография предоставлена Юлией из личного архива.